Конституция рф часть 2 статья 22

Конституция РФ

1. Каждый имеет право на свободу и личную неприкосновенность.

2. Арест, заключение под стражу и содержание под стражей допускаются только по судебному решению. До судебного решения лицо не может быть подвергнуто задержанию на срок более 48 часов.

. из Определения КС РФ N 4-П от 22.03.2005г.

. Всеобщая декларация прав человека провозглашает, что все люди рождаются свободными и равными в своем достоинстве и правах (статья 1). Принадлежащее каждому от рождения право на свободу и личную неприкосновенность относится к числу основных прав человека. По смыслу Конституции Российской Федерации, ее статей 17 (часть 2), 21 (часть 1) и 22 (часть 1), оно воплощает наиболее значимое социальное благо, которое исходя из признания государством достоинства личности предопределяет недопустимость произвольного вмешательства в сферу ее автономии, создает условия как для всестороннего развития человека, так и для демократического устройства общества. Именно поэтому, предусматривая повышенный уровень гарантий права каждого на свободу и личную неприкосновенность, Конституция Российской Федерации допускает возможность ограничения данного права лишь в той мере, в какой это необходимо в определенных ею целях, и лишь в установленном законом порядке (статья 55, часть 3).

Закрепление в законе возможности ограничения свободы и личной неприкосновенности является, таким образом, результатом законодательного разрешения коллизии между правом каждого на свободу и обязанностью государства обеспечить посредством правосудия защиту значимых для общества ценностей. Его сущностные черты предопределяются непосредственно Конституцией Российской Федерации, устанавливающей, что арест, заключение под стражу и содержание под стражей допускаются только по судебному решению (статья 22, часть 2), и исключающей с момента принятия Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации применение указанных мер в каких-либо иных процедурах (абзац второй пункта 6 раздела второго «Заключительные и переходные положения»).

. из Постановления КС РФ N 14-П от 13.06.1996г.

. Из статьи 22 (часть 1) Конституции Российской Федерации, закрепляющей право на свободу, и пункта 1 статьи 9 Международного пакта о гражданских и политических правах, формулирующего условия правомерного ограничения этого права, следует, что никто не может быть подвергнут произвольному аресту или содержанию под стражей, а также не должен быть лишен свободы иначе, как на основаниях и в соответствии с процедурой, которые установлены законом.

. Недопустимость избыточного или не ограниченного по продолжительности содержания под стражей вытекает и из пункта 3 статьи 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, согласно которому каждый имеет право на рассмотрение любого предъявленного ему обвинения без неоправданной задержки, что в первую очередь касается лиц, лишенных свободы на досудебных стадиях уголовного судопроизводства.

Такой подход к гарантиям от произвольного ареста развивается в соответствии с названным Международным пактом и в принятом Генеральной Ассамблеей ООН 9 декабря 1988 года Своде принципов защиты всех лиц, подвергаемых задержанию или заключению в какой бы то ни было форме, согласно которым лицо, задержанное по уголовному обвинению, имеет право на любое время возбудить разбирательство перед судебным или иным органом для оспаривания законности задержания, а также право на судебное разбирательство в разумные сроки либо на освобождение от суда.

. из Постановления КС РФ N 4-П от 03.05.1995г.

. Конституционное право на свободу и личную неприкосновенность означает, что человек не может быть лишен свободы и заключен под стражу по произволу власти. Вынесение постановления об избрании в качестве меры пресечения заключения под стражу всегда ущемляет право на свободу и личную неприкосновенность независимо от того, исполнено или не исполнено это решение. Не только реальные ограничения, но и выявившаяся их опасность, прежде всего угроза потерять свободу, нарушают неприкосновенность личности, в том числе психическую, оказывают давление на сознание и поступки человека.

В то же время как исполненные, так и реально не исполненные постановления о заключении под стражу могут быть незаконными, необоснованными. Гарантией от таких произвольных ограничений свободы и личной неприкосновенности является право потребовать судебной проверки оснований для вынесения решений о заключении под стражу. Любой опасности ограничения свободы и личной неприкосновенности, в том числе при наличии законных оснований, должно противостоять право на судебное обжалование.

. из Определения КС РФ N 372-О от 20.10.2005г.

. Применение мер пресечения, в том числе заключения под стражу, признается отвечающим указанным в статье 55 Конституции Российской Федерации целям, если оно направлено на воспрепятствование тому, чтобы обвиняемый или подозреваемый мог скрыться от следствия и суда, помешать производству по уголовному делу или продолжить преступную деятельность. Уполномоченные органы, прежде всего суд, могут принимать относящиеся к их ведению решения, касающиеся избрания меры пресечения в виде заключения под стражу, ее отмены или изменения, а также продления срока содержания под стражей, только с учетом того, подтверждаются или нет достаточными данными названные в уголовно-процессуальном законе основания применения этой меры пресечения. Из статьи 255 УПК Российской Федерации во взаимосвязи со статьями 10, 14, 97 и 99 того же Кодекса не следует, что уголовно-процессуальный закон допускает возможность применения в качестве меры пресечения заключение обвиняемого под стражу исключительно на основании тяжести вменяемого ему преступления и не предполагает необходимость учета при принятии судом решения о продлении срока содержания под стражей обстоятельств дела, свидетельствующих о наличии или отсутствии перечисленных в статье 97 УПК Российской Федерации оснований для избрания меры пресечения, а также данных о личности обвиняемого, его возрасте, состоянии здоровья, семейном положении и роде занятий.

Конституционный Суд Российской Федерации также признал, что поскольку ограничение свободы и личной неприкосновенности возможно только по судебному решению, принимаемому судом в судебном заседании на основе исследования конкретных обстоятельств уголовного дела при условии обеспечения содержащемуся под стражей обвиняемому возможности довести до суда свою позицию, запрет на вынесение вне судебного заседания решения о применении заключения под стражу в качестве меры пресечения должен распространяться на все судебные решения — касающиеся как первичного избрания этой меры пресечения, так и сохранения содержания под стражей, избранного ранее; принятие судом решения об избрании в качестве меры пресечения заключения под стражу или о продлении срока его действия возможно только по результатам рассмотрения данного вопроса в условиях состязательности сторон и при обеспечении участникам судопроизводства возможности обосновать свою позицию по рассматриваемому вопросу.

Статья 22 Конституции Российской Федерации

Последняя редакция Статьи 22 Конституции РФ гласит:

1. Каждый имеет право на свободу и личную неприкосновенность.

2. Арест, заключение под стражу и содержание под стражей допускаются только по судебному решению. До судебного решения лицо не может быть подвергнуто задержанию на срок более 48 часов.

Комментарий к Ст. 22 КРФ

1. В соответствии со ст. 1 Всеобщей декларации прав человека «все люди рождаются свободными и равными в своем достоинстве и правах». Исходя из закрепленного во Всеобщей декларации идеала свободной человеческой личности, пользующейся гражданской и политической свободой и свободой от страха и нужды, в Международном пакте о гражданских и политических правах, в частности, предусматривается, что каждый человек имеет право на свободу и личную неприкосновенность (п. 1 ст. 9), никто не должен содержаться в рабстве, в подневольном состоянии, не должен понуждаться к принудительному труду (ст. 8), ни одно лицо не должно без его свободного согласия подвергаться медицинским или научным опытам (ст. 7).

Конституционное право на свободу является одним из наиболее значимых социальных благ, которое не только создает условия, необходимые для всестороннего удовлетворения запросов личности, но и обеспечивает демократическое развитие общества.

Как видно из системного анализа положений названных международных документов, свобода и личная неприкосновенность трактуются в них достаточно широко, охватывая сферу как биологической, так и социальной жизни. Право на свободу, в частности, включает в себя комплекс конкретных правомочий, реализуемых в сфере личной (свобода выбора места пребывания, свобода передвижения, свобода действий и т.д.), политической (свобода мысли, свобода слова и т.д.), профессиональной (свобода труда, свобода творчества и т.д.) жизни. Возможность такой широкой трактовки понятия «свобода» никоим образом не опровергается наличием в Конституции Российской Федерации и в отраслевых законодательных актах норм, специально посвященных тем или иным проявлениям свободы личности, поскольку в этом всего лишь проявляется обычная для законодательства практика включения в закон наряду с общими нормами (ч. 1 ст. 22 Конституции) наиболее значимых специальных норм (например, ст. 23, 26, 27, 29 Конституции).

Одним из прав, тесно связанных с правом на свободу, является право на личную неприкосновенность, о котором также говорится в ст. 22. Личная неприкосновенность предполагает недопустимость какого бы то ни было вмешательства извне в область индивидуальной жизнедеятельности личности и включает в себя физическую (телесную) неприкосновенность и неприкосновенность психическую.

Обеспечение физической неприкосновенности личности предполагает создание достаточных государственных гарантий от каких-либо посягательств на ее жизнь, здоровье, половую неприкосновенность, свободу физической активности как со стороны государства в лице его органов и должностных лиц, так и со стороны отдельных граждан. Обеспечение психической неприкосновенности охватывает комплекс мер, направленных на защиту от посягательств психического и нравственного здоровья личности, интеллектуальной и волевой сфер сознания человека. Причем, как отметил Конституционный Суд в Определении от 4 декабря 2003 г. N 459-О (ВКС РФ. 2004. N 3). «понятием «физическая неприкосновенность» охватывается не только прижизненный период существования человеческого организма, но и создаются необходимые предпосылки для правовой охраны тела умершего человека».

Обеспечивая свободу и личную неприкосновенность, законодатель широко использует как регулятивные, так и охранительные возможности права.

Так, принятые 22 июля 1993 г. Основы законодательства РФ об охране здоровья граждан (Ведомости РФ. 1993. N 33. ст. 1318) устанавливают, что любое медицинское вмешательство допускается только с согласия пациента или его законных представителей (если речь идет о несовершеннолетних, не достигших 15 лет, или о недееспособных гражданах). Без согласия пациента медицинская помощь может оказываться лишь в случаях, когда его состояние не позволяет ему выразить свою волю (ст. 32 Основ). При этом решение о медицинском вмешательстве вправе принимать консилиум, а при невозможности собрать консилиум — непосредственно лечащий (дежурный) врач с последующим уведомлением должностных лиц лечебно-профилактического учреждения (и законных представителей); решение о принудительной госпитализации вправе принять только суд.

Сходное правило закреплено и в ст. 11 Закона от 2 июля 1992 г. «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании» (Ведомости РФ. 1992. N 33. ст. 1913), в соответствии с которой лечение без согласия лица, страдающего психическим расстройством, или без согласия его законного представителя может проводиться лишь в случаях, предусмотренных УК, или когда, как сказано в ст. 29, психическое расстройство обуславливает опасность лица для себя или окружающих; его беспомощность или существенный вред его здоровью вследствие ухудшения состояния. Трансплантация органов или тканей человека, согласно ст. 1 Закона от 22 декабря 1992 г. «О трансплантации органов и (или) тканей человека» (Ведомости РФ. 1993. N 2. ст. 62) допускается лишь при наличии согласия на то донора и только при условии, что его здоровью не будет причинен значительный вред. ФЗ от 30 мая 1995 г. «О предупреждении распространения в Российской Федерации заболевания, вызываемого вирусом иммунодефицита человека (ВИЧ-инфекции)» (СЗ РФ. 1995. N 14. ст. 1212), вводя комплекс мер, обеспечивающих профилактику и лечение этого заболевания, предусматривает, что медицинское освидетельствование граждан с целью выявления ВИЧ-инфекции проводится только добровольно, за исключением случаев обязательного освидетельствования отдельных категорий лиц (доноры; работники медицинских учреждений, учреждений общественного питания и т.п.; осужденные, отбывающие наказание в местах лишения свободы).

Значительный круг норм, предписания которых гарантируют неприкосновенность личности, содержится в законодательстве, регламентирующем юрисдикционную деятельность государственных органов. Так, в ходе уголовного судопроизводства привод, задержание, домашний арест, заключение под стражу, личный обыск и др., принудительные по своему характеру действия допускаются лишь при наличии перечисленных в законе оснований и в установленном им порядке (ст. 91, 107, 108, 113, 184 УПК). А проведение таких процессуальных действий, как освидетельствование и следственный эксперимент, допускается, согласно ст. 179 и 181 УПК, лишь при условии, если этим не создается опасность здоровью человека.

Исчерпывающе указаны в законе и случаи ограничения свободы и личной неприкосновенности в сфере административных правоотношений: при доставлении административного правонарушителя, задержании, личном досмотре (ст. 3.9, 27.1-27.7 КоАП).

К этой же группе правовых актов, обеспечивающих неприкосновенность личности, относятся законы и иные нормативные акты, вводящие меры государственной защиты (личная охрана, выдача оружия, переселение на другое место жительства и др.) для отдельных категорий должностных лиц и граждан (ФЗ от 20 апреля 1995 г. «О государственной защите судей, должностных лиц правоохранительных и контролирующих органов»//СЗ РФ. 1995. N 17. ст. 1455; ФЗ от 27 мая 1996 г. «О государственной охране»//СЗ РФ. 1996. N 22. ст. 2594; ФЗ от 12 августа 1995 г. «Об оперативно-розыскной деятельности»//СЗ РФ. 1995. N 33. ст. 3349).

Вторую группу правовых гарантий неприкосновенности образуют нормы, наделяющие граждан определенными правами по защите своей жизни, здоровья, половой неприкосновенности от противоправных посягательств на них. Центральное место в этой группе занимают положения УК о необходимой обороне. В силу ст. 37 УК каждый, независимо от профессиональной или иной специальной подготовки и служебного положения, а также независимо от возможности избежать общественно опасного посягательства или обратиться за помощью к другим лицам и органам власти, имеет право на защиту своей личности и прав, прав других лиц от общественно опасного посягательства. Защита личности и ее прав от посягательства является правомерной, если в процессе ее не было допущено превышения пределов необходимой обороны.

Защита неприкосновенности личности обеспечивается также с помощью норм Закона от 13 декабря 1996 г. «Об оружии» (СЗ РФ. 1996. N 51. ст. 5681) и принятых на основе этого Закона нормативных актов (см., в частности: постановление Правительства РФ от 21 июля 1998 г. N 814 «О мерах по регулированию оборота гражданского и служебного оружия и патронов к нему на территории Российской Федерации»//СЗ РФ. 1998. N 32. ст. 438), предоставляющих гражданам право приобретения и использования гражданского оружия в целях самообороны.

Третью группу правовых средств, обеспечивающих право на свободу и личную неприкосновенность, составляют нормы уголовного, административного, гражданского и иного законодательства, устанавливающие ответственность за посягательства на это право и предусматривающие порядок возмещения вреда, причиненного в результате подобных посягательств.

Так, на защиту жизни человека направлены, в частности, статьи 105-110 УК, на защиту его здоровья — статьи 111-125 УК, на защиту свободы — статьи 126, 127, 128 УК, на защиту половой неприкосновенности и половой свободы — статьи 131-135 УК, на защиту психической неприкосновенности — статьи 119, 120, 163, 286, 299, 301, 302 УК и др.

В случае причинения гражданину физического, морального или имущественного вреда вследствие нарушения его права на свободу и личную неприкосновенность этот вред подлежит обязательному возмещению в соответствии с правилами, установленными главой 18 УПК, статьей 16 и главой 59 ГК.

Конституция и законодательство Российской Федерации, наряду с общими нормами об обеспечении свободы и неприкосновенности личности, закрепляют ряд положений, касающихся обеспечения неприкосновенности отдельных категорий лиц, чья служебная деятельность, сопряженная с выполнением особо значимых социальных функций и повышенным профессиональным риском, немыслима вне режима независимости от каких бы то ни было внешних влияний.

Речь идет, в частности, о ст. 91 Конституции, устанавливающей, что Президент обладает неприкосновенностью. В силу ст. 98 (ч. 1) Конституции, ст. 19, 20 ФЗ от 8 мая 1994 г. «О статусе члена Совета Федерации и статусе депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации» (Ведомости РФ. 1994. N 7. ст. 304; с послед. изм. и доп.) и ст. 448 УПК уголовное дело в отношении названных лиц может быть возбуждено, а сами они могут быть привлечены в качестве обвиняемых лишь при условии, что по представлению Председателя Следственного комитета при прокуратуре РФ коллегией судей Верховного Суда РФ будет дано заключение о наличии в действиях соответствующего парламентария признаков преступления, а соответствующей палатой Федерального Собрания — согласие на его уголовное преследование. Задержание, заключение под стражу, а также обыск и досмотр члена Совета Федерации или депутата Государственной Думы могут быть произведены лишь на основании судебного решения, принятого с согласия палаты Федерального Собрания, которое получено по представлению Председателя СК при прокуратуре РФ.

В соответствии с ч. 3 ст. 19 ФЗ о статусе члена Совета Федерации и статусе депутата Государственной Думы неприкосновенность указанных лиц распространяется на их жилье и служебные помещения, транспортные средства, средства связи, принадлежащие им документы и багаж, а также на их переписку. Представляется, однако, что в этой части гарантии неприкосновенности не во всем оправданны, поскольку они, предполагая получение согласия соответствующей палаты Федерального Собрания на производство обыска и выемки в занимаемых членом Совета Федерации или депутатом Государственной Думы помещениях и на прослушивание переговоров, ведущихся по принадлежащим им телефонам, делают эти действия практически бессмысленными.

Положения, гарантирующие неприкосновенность депутатов законодательных (представительных) органов государственной власти субъектов Федерации в связи с их обвинением в противоправных действиях, связанных с исполнением депутатских полномочий, содержатся в ст. 448 УПК и ст. 13 ФЗ от 6 октября 1999 г. «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации» (с изм. и доп.): эти депутаты могут быть привлечены к уголовной ответственности лишь по решению Председателя СК при прокуратуре РФ на основании заключения коллегии судей верховного, областного и приравненного к ним суда о наличии в их действиях признаков преступления.

Такого же рода гарантии установлены в отношении судей судов общей юрисдикции, арбитражных судов и Конституционного Суда Российской Федерации, к которым вышеназванные принудительные меры могут быть применены лишь после получения согласия на то соответствующей квалификационной коллегии судей или Конституционного Суда (ст. 16 Закона от 26 июня 1992 г. «О статусе судей в Российской Федерации» с послед. изм. и доп.//Ведомости РФ. 1992. N 30. ст. 1792; СЗ РФ. 1995. N 26. ст. 2399; ст. 15 ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации»//СЗ РФ. 1994. N 13. ст. 1447), а также в отношении Председателя, заместителя Председателя, аудиторов и, отчасти, инспекторов Счетной палаты Российской Федерации (ст. 29 ФЗ от 11 января 1995 г. «О Счетной палате Российской Федерации»//СЗ РФ. 1995. N 3. ст. 167).

Правовая обоснованность установления для членов Совета Федерации, депутатов Государственной Думы, депутатов законодательных (представительных) органов государственной власти и судей дополнительных гарантий неприкосновенности была подтверждена постановлениями Конституционного Суда Российской Федерации от 20 февраля 1996 г. N 5-П, от 7 марта 1996 г. N 6-П, от 12 апреля 2002 г. N 9-П (СЗ РФ. 1996. N 9, ст. 828; N 14, ст. 1549; 2002. N 16, ст. 1601). При этом Конституционный Суд неоднократно подчеркивал, что гарантии неприкосновенности парламентариев распространяются лишь на те случаи их преследования, которые связаны с их служебной деятельностью (Определение от 8 февраля 2007 г. N 1-О).

2. Наиболее существенные ограничения права на свободу и личную неприкосновенность человека связываются с применением ареста, заключения под стражу и задержания, в связи с чем часть 2 ст. 22 Конституции специально определяет условия, при наличии которых эти меры правового принуждения могут быть применены.

При этом термином «задержание» соответственно обозначаются: 1) задержание лиц, подозреваемых в совершении преступления, осуществляемое в соответствии с гл. 12 УПК; 2) административное задержание как мера обеспечения производства по делам об административных правонарушениях (ст. 27.3 КоАП). Под арестом с учетом принятого в действующем законодательстве словоупотребления могут пониматься: 1) мера пресечения, применяемая в ходе уголовного судопроизводства к обвиняемому или подозреваемому и именуемая «домашний арест» (ст. 107 УПК); 2) административный арест, применяемый в качестве меры административного взыскания (ст. 3.9 КоАП). В УК термином «арест» обозначается также новый вид наказания, который может применяться лишь по приговору суда к лицу, признанному виновным в совершении преступления, и который должен быть введен в действие по мере создания необходимых условий, но не позднее 2006 г. (ст. 4 ФЗ от 13 июня 1996 г. «О введении в действие Уголовного кодекса Российской Федерации» в ред. от 10 января 2002 г.). «Заключением под стражу» именуется применяемая в рамках уголовного судопроизводства к обвиняемому или подозреваемому наиболее строгая мера пресечения (ст. 108 УПК).

Что же касается понятия «содержание под стражей», то оно в контексте рассматриваемой конституционной нормы обозначает любые случаи продолжающегося ограничения личной свободы — при задержании, аресте и лишении свободы, применяемом в качестве меры наказания.

Как специфический вид лишения свободы нередко рассматривается также принудительное помещение лица в психиатрическое лечебное учреждение для обследования или лечения. И хотя названная мера непосредственно не обозначается как лишение свободы или содержание под стражей, в такой позиции есть определенный резон, если даже отвлечься от того, что в недалеком прошлом именно помещение «неблагонадежных» граждан в психиатрические больницы использовалось в качестве средства борьбы с инакомыслием. В любом случае содержание в психиатрическом учреждении по своему принудительному характеру, по условиям изоляции лица, по иным признакам весьма близко к аресту. В связи с этим помещение лица в психиатрический стационар может иметь место только по основаниям, предусмотренным статьями 28 и 29 Закона «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании», главой 15 УК, статьей 203 УПК, и при условии принятия судебного решения о применении этой меры.

Административное задержание, производимое, как правило, в целях установления личности административного правонарушителя или составления протокола о таком правонарушении, может длиться не более трех часов. Лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, влекущем в качестве одной из мер административного наказания административный арест, может быть подвергнуто административному задержанию на срок не более 48 часов, а также лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, посягающем на установленный режим Государственной границы Российской Федерации и порядок пребывания на территории Российской Федерации, об административном правонарушении, совершенном во внутренних морских водах, в территориальном море, на континентальном шельфе, в исключительной экономической зоне Российской Федерации, или о нарушении таможенных правил, в случае необходимости для установления личности или для выяснения обстоятельств административного правонарушения может быть подвергнуто административному задержанию на срок не более 48 часов (ст. 27.5 КоАП).

В условиях чрезвычайного положения за нарушение правил комендантского часа лицо может быть задержано до окончания комендантского часа, а при отсутствии у лица документов — на срок до трех суток по решению начальника органа внутренних дел или его заместителя; по решению суда этот срок может быть продлен до десяти суток (ст. 31 ФКЗ от 30 мая 2001 г. «О чрезвычайном положении»//СЗ РФ. 2001. N 23. ст. 2277). Пункт «ж» ст. 12 названного Закона также предусматривает возможность продления срока содержания под стражей лиц, задержанных в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством по подозрению в совершении актов терроризма и других особо тяжких преступлений, на весь период действия чрезвычайного положения, но не более чем на три месяца.

Задержание лица, подозреваемого в совершении преступления, возможно при наличии одного из следующих оснований: 1) когда лицо застигнуто при совершении преступления или непосредственно после его совершения; 2) когда очевидцы прямо укажут на данное лицо как на совершившее преступление; 3) когда на подозреваемом, на его одежде либо при нем или в его жилище будут обнаружены явные следы преступления; 4) при наличии иных данных, дающих основания подозревать лицо в совершении преступления, если оно покушалось на побег или не имеет постоянного места жительства, или когда его личность не установлена, или когда в отношении него в суд внесено представление прокурора, следователя, дознавателя о применении в качестве меры пресечения заключения под стражу. Задержание может быть осуществлено лишь по возбужденному уголовному делу при наличии подозрения в совершении лицом преступления, за которое может быть назначено наказание в виде лишения свободы.

Срок задержания лица, подозреваемого в совершении преступления, не может превышать 48 часов. Он может быть продлен на основании судебного решения не более чем на трое суток, в случае если суд, рассматривающий ходатайство органов предварительного расследования о заключении подозреваемого под стражу, сочтет возможным предоставить сторонам время для собирания и представления дополнительных доказательств, подтверждающих наличие или отсутствие оснований для применения этой меры пресечения.

Арест как мера административного взыскания может применяться лишь в исключительных случаях по решению судьи районного (городского) суда за отдельные виды правонарушений (в частности, мелкое хулиганство) на срок до 15 суток; за нарушение требований чрезвычайного положения, а также за воспрепятствование проведению контртеррористической операции арест может быть наложен на срок до 30 суток. Причем административный арест не может применяться к беременным женщинам, женщинам, имеющим детей в возрасте до 14 лет, к лицам, не достигшим 18 лет, к инвалидам I и II групп (ст. 3.9 КоАП), военнослужащим, гражданам, призванным на военные сборы, а также к имеющим специальные звания сотрудникам органов внутренних дел, органов и учреждений уголовно-исполнительной системы, Государственной противопожарной службы, органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ и таможенных органов.

Как мера уголовного наказания арест в соответствии со ст. 54 УК заключается в содержании осужденного в условиях строгой изоляции от общества и устанавливается на срок от одного до шести месяцев. Это наказание неприменимо к лицам, не достигшим к моменту вынесения судом приговора 16-летнего возраста, беременным женщинам и женщинам, имеющим детей в возрасте до 14 лет.

Домашний арест, применяемый в уголовном судопроизводстве в качестве меры пресечения, заключается не только в ограничениях, связанных со свободой передвижения подозреваемого, обвиняемого, но и в запрете общаться с определенными лицами; получать и отправлять корреспонденцию; вести переговоры с использованием любых средств связи. Домашний арест, как и другая мера пресечения — заключение под стражу, применяется в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений, за которые уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше двух лет (а применительно к несовершеннолетним свыше пяти лет) при невозможности применения иной, более мягкой меры пресечения. Применение этих мер пресечения в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления, за которое предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок до двух лет (а в отношении несовершеннолетнего — если он подозревается, обвиняется в совершении преступления средней тяжести), допустимо при наличии одного из следующих обстоятельств: подозреваемый или обвиняемый не имеет постоянного места жительства на территории Российской Федерации; его личность не установлена; им нарушена ранее избранная мера пресечения либо он скрылся от органов предварительного расследования или от суда.

Домашний арест и заключение под стражу, как и иные меры пресечения, могут применяться лишь при наличии достаточных оснований полагать, что обвиняемый (подозреваемый): 1) скроется от дознания, предварительного следствия или суда; 2) будет угрожать участникам судопроизводства, уничтожать доказательства либо иным способом препятствовать производству по уголовному делу; 3) будет заниматься преступной деятельностью; 4) может воспрепятствовать исполнению приговора. Такие обстоятельства, как тяжесть инкриминируемого лицу преступления или негативная характеристика его личности, сами по себе не могут служить основаниями для избрания этих мер пресечения, хотя наряду с другими обстоятельствами и подлежат учету при их выборе.

Заключение под стражу возможно на срок до 2 месяцев. В период производства предварительного расследования этот срок может быть продлен в отношении лиц, обвиняемых в совершении преступлений небольшой или средней тяжести, до 6 месяцев, а в отношении лиц, обвиняемых в совершении тяжких и особо тяжких преступлений, — соответственно до 12 и до 18 месяцев. Продление времени содержания под стражей в период досудебного производства сверх указанных выше предельных сроков допускается на время ознакомления обвиняемого и его защитника с материалами уголовного дела в случаях, если таковое не может быть завершено в течение 30 суток.

В период судебного производства срок содержания под стражей может составлять 6 месяцев, начиная с момента поступления уголовного дела в суд. Дальнейшее продление срока содержания обвиняемого под стражей допускается лишь в случае, если он обвиняется в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления, но каждый раз не более чем на 3 месяца. Закон не устанавливает предельного срока содержания обвиняемого (подсудимого, осужденного) под стражей в период судебного производства, что, однако, не должно восприниматься как санкционирование законодателем безграничного во времени лишения свободы, поскольку это противоречило бы нормам международного права, гарантирующим право каждого арестованного быть судимым без неоправданной задержки и исключающим возможность произвольного содержания под стражей (п. «с» ст. 14 и п. 1 ст. 9 Международного пакта о гражданских и политических правах), а также внутреннему законодательству, запрещающему поступать с человеком как с преступником до постановления в отношении его обвинительного приговора (ч. 1 ст. 49 Конституции).

Гарантируемое статьей 22 Конституции каждому право на свободу и личную неприкосновенность, как отмечалось в Постановлении Конституционного Суда от 13 июня 1996 г. N 14-П (СЗ РФ. 1996. N 26. ст. 185), включает, в частности, право не подвергаться ограничениям, которые связаны с применением задержания, ареста, заключения под стражу или с лишением свободы во всех иных формах, без предусмотренных законом оснований и вне установленной процедуры, без санкции суда или компетентных должностных лиц, а также сверх установленных или контролируемых сроков. Иное означало бы произвольное ограничение свободы и нарушало бы как требования ст. 22 Конституции, так и предписания п. 1 ст. 9 Международного пакта о гражданских и политических правах. Избрание заключения под стражу в качестве меры пресечения, равно как и продление срока содержания обвиняемого под стражей, возможно только по судебному решению, принимаемому в ходе предварительного следствия по ходатайству соответствующего начальника следственного органа или следователя с согласия начальника следственного органа, а в ходе дознания — по ходатайству прокурора или дознавателя с согласия прокурора; принятие такого решения в ходе судебного производства возможно как по ходатайству стороны обвинения, так и по инициативе самого суда. Такое решение, как признал Конституционный Суд в Постановлении от 22 марта 2005 г. N 4-П, может быть принято лишь по результатам судебного заседания, проводимого с обязательным участием обвиняемого (за исключением случаев, когда обвиняемый объявлен в международный розыск) в условиях обеспечения ему возможности изложить свою позицию и представить в ее обоснование необходимые доказательства (СЗ РФ. 2005. N 14. ст. 1271).

Конституционный Суд также признал нарушающим ст. 22 Конституции п. «б» ч. 1 ст. 1 Закона Республики Мордовии от 20 января 1996 г. «О временных чрезвычайных мерах по борьбе с преступностью», допускавший задержание, якобы в административном порядке, на срок 30 суток членов организованных преступных групп (Постановление от 2 июля 1997 г. N 11//СЗ РФ. 1997. N 28. ст. 3498). Конституционный Суд в своем Постановлении подчеркнул, что лишение свободы лица, совершившего преступление или подозреваемого в его совершении, может предусматриваться только федеральным уголовным или уголовно-процессуальным законом. Лишь федеральный законодатель может установить как основания, так и порядок применения этой меры, в связи с чем любые иные, помимо закона, акты, предусматривающие возможность задержания или иного лишения свободы, не должны применяться как противоречащие Конституции РФ.

Порядок и условия содержания под стражей определяются ФЗ от 15 июля 1995 г. «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (СЗ РФ. 1995. N 29. ст. 2759), исходя из принципов законности, равенства прав граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства. Согласно этому Закону, содержание под стражей может осуществляться лишь на основаниях и в целях, установленных УПК, и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий обвиняемым и подозреваемым.

В силу ч. 1 ст. 49 Конституции содержащиеся под стражей обвиняемые и подозреваемые считаются невиновными, пока их виновность не будет доказана и установлена вступившим в законную силу приговором суда, и поэтому они пользуются правами и свободами, а также несут обязанности, установленные для граждан Российской Федерации, хотя и с ограничениями, предусмотренными федеральным, прежде всего вышеназванным, законом. Эти ограничения не могут быть произвольными и должны вводиться лишь в той мере, в какой они обуславливаются требованиями изоляции от общества.

Особым видом содержания под стражей является отбывание лицом, признанным по приговору суда виновным в совершении преступления, наказания в виде лишения свободы, которое заключается в изоляции осужденного от общества путем направления его в колонию-поселение, помещения в воспитательную колонию, лечебное исправительное учреждение, исправительную колонию общего, строгого или особого режима либо в тюрьму.

Лишение свободы может назначаться как на определенный срок — от 2 месяцев до 20 лет (при назначении наказания по совокупности преступлений до 25 лет, а по совокупности приговоров до 30 лет), так и пожизненно (ст. 56, 57 УК). Пожизненное лишение свободы является наиболее строгим видом наказания, применяемым в настоящее время в Российской Федерации; оно может устанавливаться лишь за совершение особо тяжких преступлений, посягающих на жизнь, а также за совершение особо тяжких преступлений против общественной безопасности. Оно не может быть назначено женщинам, а также лицам, совершившим преступления в возрасте до 18 лет, и мужчинам, достигшим к моменту вынесения судом приговора 65-летнего возраста.

В Послании Президента РФ Федеральному Собранию от 5 ноября 2008 г. подчеркивалось, что нельзя забывать о таком принципиальном вопросе, как гуманизация закона и порядка его применения. «Судам следует более взвешенно относиться к избранию меры пресечения в виде ареста и к назначению наказаний, связанных с изоляцией от общества. В то же время правоохранительная и судебная системы должны обеспечивать действенную защиту прав и интересов лиц, пострадавших от совершенных преступлений».

Статья 22 Конституции России

Текст Ст. 22 Конституции РФ в действующей редакции на 2018 год:

1. Каждый имеет право на свободу и личную неприкосновенность.

2. Арест, заключение под стражу и содержание под стражей допускаются только по судебному решению. До судебного решения лицо не может быть подвергнуто задержанию на срок более 48 часов.

Комментарий к Ст. 22 Конституции Российской Федерации

Конституционное право на свободу является одним из наиболее значимых и емких социальных благ. Оно предоставляет людям возможность пользоваться личной (гражданской), политической, экономической и духовно-культурной свободой, создавая тем самым условия, необходимые для всестороннего развития личности, обеспечения функционирования демократического общества в целом.

В соответствии со ст. 1 Всеобщей декларации прав человека «все люди рождаются свободными и равными в своем достоинстве и правах». Исходя из закрепленного в Декларации идеала свободной личности, Международный пакт о гражданских и политических правах, в частности, предусматривает, что каждый человек имеет право на свободу и личную неприкосновенность (п. 1 ст. 9); никто не должен содержаться в рабстве, в подневольном состоянии, не должен понуждаться к принудительному труду (ст. 8); ни одно лицо не должно без его свободного согласия подвергаться медицинским или научным опытам (ст. 7).

Из положений названных и иных международно-правовых документов видно, что право на свободу трактуется достаточно широко, охватывая сферу как физической (биологической), так и социальной жизни человека.

Право на свободу, так же как и права на жизнь и достоинство личности, является объемным, сложносоставным правомочием, включающим в себя комплекс конкретных прав и свобод, реализуемых в сферах личной (свобода выбора места пребывания и жительства, передвижения, действий, неприкосновенность личной жизни и жилища), политической (свобода мысли, слова), профессионально-экономической (свобода труда), духовно-культурной (свобода творчества, совести) жизнедеятельности человека. Содержание права на свободу более детально раскрывается в ст. 23, 26, 27, 29 Конституции РФ и законодательных актах, посвященных тем или иным видам свободы личности.

Одним из важнейших элементов свободы личности является его личная неприкосновенность — наиболее значительное право человека, которое он приобретает от рождения. Это означает, что каждый, независимо от пола, национальности, вероисповедания и т.п., вправе совершать любые действия, не противоречащие закону, не подвергаясь какому-либо принуждению или ограничению в правах со стороны кого бы то ни было.

Институт личной неприкосновенности включает физическую (это сама жизнь, здоровье человека, его физическое состояние) и морально-духовную неприкосновенность (честь, достоинство личности).

Обеспечение физической неприкосновенности личности предполагает создание достаточных гарантий от каких-либо посягательств на ее жизнь, здоровье, половую неприкосновенность, свободу физической активности как со стороны государства в лице его органов и должностных лиц, так и со стороны отдельных людей. Обеспечение морально-духовной неприкосновенности охватывает комплекс мер, направленных на защиту от посягательств на нравственное и психическое здоровье личности, интеллектуальную и волевую сферу сознания человека.

Гарантируя свободу и личную неприкосновенность, законодатель широко использует регулятивные и охранительные возможности права. Так, принятые 22 июля 1993 г. Основы законодательства РФ об охране здоровья граждан устанавливают, что любое медицинское вмешательство допускается только с согласия пациента или его законных представителей (если речь идет о несовершеннолетних, не достигших 15 лет, или недееспособных гражданах). Без согласия пациента медицинская помощь может оказываться лишь в случаях, когда его состояние не позволяет ему выразить свою волю (ст. 32 Основ законодательства РФ об охране здоровья граждан). При этом решение о медицинском вмешательстве вправе принимать консилиум, а при невозможности собрать таковой — лечащий (дежурный) врач, который обязан уведомить об этом должностных лиц лечебно-профилактического учреждения (и законных представителей). Решение о принудительной госпитализации вправе принять только суд.

Сходное правило закреплено и в ст. 11 Закона РФ от 2 июля 1992 г. N 3185-1 «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании», в соответствии с которой лечение без согласия лица, страдающего психическим расстройством, или без согласия его законного представителя может проводиться лишь в случаях, предусмотренных Уголовным кодексом РФ, или когда, как сказано в ст. 29, психическое расстройство обусловливает опасность лица для себя или окружающих, его беспомощность или существенный вред его здоровью вследствие ухудшения состояния здоровья.

Согласно ст. 1 Закона РФ от 22 декабря 1992 г. N 4180-1 «О трансплантации органов и (или) тканей человека»*(104), трансплантация органов или тканей человека допускается лишь при наличии согласия донора и только при условии, что его здоровью не будет причинен значительный вред. Федеральный закон от 30 мая 1995 г. «О предупреждении распространения в Российской Федерации заболевания, вызываемого вирусом иммунодефицита человека (ВИЧ-инфекции)», вводя комплекс мер, обеспечивающих профилактику и лечение этого заболевания, предусматривает, что медицинское освидетельствование граждан с целью выявления ВИЧ-инфекции проводится только добровольно, за исключением случаев обязательного освидетельствования отдельных категорий лиц (доноры; работники медицинских учреждений, учреждений общественного питания и др.; осужденные, отбывающие наказание в местах лишения свободы).

Широкий круг норм, предписания которых гарантируют неприкосновенность личности, содержится в законодательстве, регламентирующем юрисдикционную деятельность государственных органов. Так, привод, задержание, арест, личный обыск и другие принудительные действия допускаются лишь при наличии перечисленных в законе оснований и в установленном им порядке. Проведение таких процессуальных действий, как освидетельствование и следственный эксперимент, допускается, согласно Уголовно-процессуальному кодексу РФ, лишь при условии, что этим не создается опасность здоровью человека. Исчерпывающе указаны в законе и случаи ограничения свободы и личной неприкосновенности в сфере административных правоотношений: при доставлении административного правонарушителя, задержании, личном досмотре (КоАП РФ).

2. В Российской Федерации установлены конституционные требования к процедуре принятия решения о применении в отношении лица такой меры пресечения или наказания, как лишение человека свободы. Одним из достижений Конституции РФ является установление судебного порядка ареста, заключения под стражу и содержания под стражей. Положение ч. 2 ст. 22 Конституции РФ соответствует требованиям ч. 4 ст. 9 Международного пакта о гражданских и политических правах, определяющим, что каждому, кто лишен свободы вследствие ареста или содержания под стражей, принадлежит право на разбирательство его дела в суде, чтобы этот суд мог безотлагательно вынести постановление относительно законности его задержания и распорядиться о его освобождении, если задержание незаконно.

До принятия Конституции РФ 1993 г. эти вопросы входили в компетенцию прокурора, который в большинстве случаев принимал соответствующие решения по существу в отсутствие подозреваемого лица. Теперь эти процедуры предполагают участие в них гражданина, который должен предстать перед судом. Кроме того, особенностью судебного рассмотрения данных вопросов является возможность участия в нем не только лица, в отношении которого будет приниматься решение, но и адвоката (защитника), прокурора, т.е. сторон — защиты и обвинения. При этом должен обеспечиваться принцип равенства сторон.

Новым в Конституции РФ является и сокращение срока досудебного задержания. Лицо, подозреваемое в совершении уголовно наказуемого деяния, не может быть подвергнуто задержанию на срок более 48 часов, тогда как ранее этот срок составлял 72 часа.

Актуальным вопросом в отношении гарантий свободы личности является проблема избрания в качестве меры пресечения содержание под стражей на период проведения следствия и судебного разбирательства. В Российской Федерации порядок применения международно-правовых стандартов в этой сфере в некоторых аспектах рассмотрен в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 10 октября 2003 г. N 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации». В пункте 14 данного Постановления говорится, что при решении вопросов о продлении срока содержания под стражей судам надлежит учитывать, что, согласно п. 3 ст. 5 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод, каждое лицо, подвергнутое аресту или задержанию, имеет право на судебное разбирательство в течение разумного срока или на освобождение до суда. Пленум Верховного Суда РФ отметил также, что при принятии решения «О заключении обвиняемых под стражу в качестве меры пресечения, о продлении сроков содержания их под стражей, разрешая жалобы обвиняемых на незаконные действия должностных лиц органов предварительного расследования, суды должны учитывать необходимость соблюдения прав лиц, содержащихся под стражей, предусмотренных статьями 3, 5, 6 и 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод» (п. 15 Постановления).