Ст196 коап рф практика

Статья 14.12. Фиктивное или преднамеренное банкротство

СТ 14.12 КоАП РФ

1. Фиктивное банкротство, то есть заведомо ложное публичное объявление руководителем или учредителем (участником) юридического лица о несостоятельности данного юридического лица либо индивидуальным предпринимателем или гражданином о своей несостоятельности, если это действие не содержит уголовно наказуемого деяния, —

влечет наложение административного штрафа на граждан в размере от одной тысячи до трех тысяч рублей; на должностных лиц — от пяти тысяч до десяти тысяч рублей или дисквалификацию на срок от шести месяцев до трех лет.

2. Преднамеренное банкротство, то есть совершение руководителем или учредителем (участником) юридического лица либо индивидуальным предпринимателем или гражданином действий (бездействия), заведомо влекущих неспособность юридического лица либо индивидуального предпринимателя или гражданина в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если эти действия (бездействие) не содержат уголовно наказуемых деяний, —

влечет наложение административного штрафа на граждан в размере от одной тысячи до трех тысяч рублей; на должностных лиц — от пяти тысяч до десяти тысяч рублей или дисквалификацию на срок от одного года до трех лет.

Комментарий к Ст. 14.12 Кодекса об Административных Правонарушениях РФ

1. Объектом административного правонарушения являются общественные отношения в сфере банкротства. Процедура банкротства регламентирована Федеральными законами от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», от 25.02.1999 N 40-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций».

При этом следует учитывать положения Постановления Правительства РФ от «Об утверждении Временных правил проверки арбитражным управляющим наличия признаков фиктивного и преднамеренного банкротства».

2. Объективная сторона правонарушения (ч. 1) выражается в фиктивном банкротстве, т.е. заведомо ложном публичном объявлении руководителем или учредителем (участником) юридического лица о несостоятельности данного юридического лица или индивидуальным предпринимателем о своей несостоятельности, если такое действие не содержит уголовно наказуемого деяния.

3. Объективная сторона правонарушения (ч. 2) выражается в преднамеренном банкротстве, т.е. совершении руководителем или учредителем (участником) юридического лица либо индивидуальным предпринимателем действий (бездействия), заведомо влекущих неспособность юридического лица или индивидуального предпринимателя в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если эти действия (бездействие) не содержат уголовно наказуемых деяний.

4. Субъектами правонарушений являются индивидуальные предприниматели, руководители должника (единоличный исполнительный орган юридического лица или руководитель коллегиального исполнительного органа, а также иное лицо, осуществляющее в соответствии с федеральным законом деятельность от имени юридического лица без доверенности), а также учредитель (участник) юридического лица, который может быть отнесен к категории должностных лиц в соответствии со ст. 2.4 КоАП РФ.

Гражданин, не являющийся индивидуальным предпринимателем, административной ответственности за фиктивное или преднамеренное банкротство не несет.

5. Субъективная сторона правонарушения характеризуется умыслом.

6. Ответственность по комментируемой статье наступает, если действия лица не содержат признаков уголовного преступления.

7. Статьей 196 УК РФ установлена уголовная ответственность за преднамеренное банкротство, т.е. совершение руководителем или учредителем (участником) юридического лица либо индивидуальным предпринимателем действий (бездействия), заведомо влекущих неспособность юридического лица или индивидуального предпринимателя в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если эти действия (бездействие) причинили крупный ущерб.

Статья 197 УК РФ предусматривает уголовную ответственность за фиктивное банкротство, т.е. заведомо ложное публичное объявление руководителем или учредителем (участником) юридического лица о несостоятельности данного юридического лица, а равно индивидуальным предпринимателем о своей несостоятельности, если это деяние причинило крупный ущерб.

В соответствии с примечанием к ст. 169 УК РФ крупным ущербом в ст. ст. 196 и 197 УК РФ признается ущерб в сумме, превышающей 1 млн. 500 тыс. руб.

8. Протоколы об административных правонарушениях, предусмотренных данной статьей, составляют должностные лица федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по контролю (надзору) за деятельностью арбитражных управляющих и саморегулируемых организаций арбитражных управляющих (п. 10 ч. 2 ст. 28.3 КоАП РФ).

9. Статьей 28.1 КоАП РФ установлено, что поводами к возбуждению дел об административных правонарушениях, предусмотренных комментируемой статьей, являются только те, которые перечислены в п. п. 1 — 3 ч. 1 ст. 28.1 КоАП РФ, а также заявления лиц, участвующих в деле о банкротстве, и лиц, участвующих в арбитражном процессе по делу о банкротстве, органов управления должника — юридического лица, саморегулируемой организации арбитражных управляющих, содержащие достаточные данные, указывающие на наличие события административного правонарушения.

10. Рассмотрение дел об административных правонарушениях осуществляют судьи арбитражных судов (ч. ч. 1 и 3 ст. 23.1 КоАП РФ).

Выявление преднамеренного банкротства 2015 г.

Банкротство – объект исследования и правовой институт не только цивилистики, но и уголовного права. Впервые была предусмотрена ответственность в действующем Уголовном кодексе РФ, где статьями 195-197 предусматриваются три состава преступлений: неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное банкротство и фиктивное банкротство. Появление таких составов преступлений обусловлено изменениями в экономическом секторе, развитием предпринимательской деятельности.

Статистика рассмотрения уголовных дел о преднамеренном банкротстве

Что касается эффективности применения статьи 196, то практика по таким делам довольно скудна. Ввиду специфики преступления, сложности доказывания многие ученые и правоприменители причисляют статью о преднамеренном банкротстве к, так называемым, «мертвым». К примеру, по статистике, за 2013 -2014 было рассмотрено судами 2971 дело, из которых лишь 14 увенчались обвинительными приговорами. Наиболее частым способом доведения организации до банкротства является заключение договоров купли-продажи, аренды на заведомо невыгодных условиях. Помимо этого активы компании выводятся путем передачи имущества организации в счет погашения фиктивной задолженности, передачи имущества в качестве вклада в уставной капитал другого юридического лица.

Субъект преступления

Исходя из конструкции ст. 196 УК РФ к ответственности могут быть привлечены руководители, участники юридического лица, а также индивидуальные предприниматели. Помимо этого, к ответственности могут быть привечены иные лица, например, бухгалтер, финансовый директор, исполняющий обязанности руководителя или иного ключевого лица. Они могут обвиняться в организации, пособничестве, подстрекательстве (ч. 4 ст.34 УК РФ). Об этом свидетельствует и судебная практика: Приговор Грязовецкого районного суда от 29 марта 2010 г. по делу № 22-1290 (осужден финансовый директор), Определение Ростовского областного суда от 17 октября 2012 г. по делу № 22-7766 (осужден фактический руководитель).

Проблема выявления преступления

Анализ дел о банкротстве свидетельствует, о том, что юридические лица довольно неустойчивы, что подрывает экономическую стабильность кредиторов, в особенности физических лиц. Такая тенденция активно заметна и в банковском секторе (Межпромбанк, Славянский банк, Востоккредит банк и т.д.). По данным ЦБ РФ 4 из 5 банкротств банков носят криминальный характер. Низкая эффективность применения норм УК РФ ст.196 обусловлена рядом проблем, возникающих на практике:

  1. Бланкетность положений УК в части регулирования и расследования преднамеренного банкротства.
  2. Определение крупного ущерба
  3. Основания возбуждения уголовного дела
  4. Квалификация преступления зависит от заключения арбитражного управляющего.

Особое внимание хочется обратить на две из названных проблем: определение крупного ущерба и роль арбитражного управляющего.

Размер ущерба

Противоправные действия в части банкротства содержатся и в ст.14.12 и 14.13 КоАП РФ в качестве административного правонарушения, причем конструкции идентичный тем, которые содержатся в УК РФ. Основным отличием преступления и правонарушения в части банкротства служит указание на причинение крупного ущерба в размере 1 500 000 руб. и более. Размер ущерба определяется после завершения конкурсного производства на основе заключения арбитражного управляющего.

Такой минимальный порог крупного ущерба в отношении индивидуальных предпринимателей кажется завышенным для такого малого и рискового субъекта предпринимательской деятельности. Думается, имеет смысл снижение размера ущерба в отношении представителей малого и среднего предпринимательства.

Основания возбуждения дела

Одной из основных проблем в практике является основание возбуждения уголовного дела. Поводом возбуждения уголовного дела, исходя из судебной практики, служит заключение арбитражного управляющего. Помимо этого до сих пор не установлено, может ли явка с повинной иметь место быть, когда, предположим, лицо, совершив преступление, осознавая содеянное, сообщает в органы внутренних дел о совершенном деянии. Затруднительна сама методика выявления признаков преднамеренного банкротства. Во-первых, для расследования преступлений в сфере экономической деятельности нужно обладать знаниями в сфере экономики, аудита, бухгалтерского учета. В связи с этим следователи вынуждены привлекать к расследованию деяния иных лиц: аудиторов, специалистов в сфере информационных технологий, а также экономистов и бухгалтеров.

Роль арбитражного управляющего

Арбитражный управляющий является одной из ключевых фигур в деле о банкротстве и на стадии возбуждения уголовного дела, так как он составлял и вел реестр кредиторов, имел сведения об имуществе должника, а также имел доступ к совершенным сделкам. На основе профессионального анализа он составляет заключение о наличии/отсутствии признаков фиктивного или преднамеренного банкротства. На основании названного заключения в отношении лиц возбуждаются уголовные или административные дела. Фактически, заключение арбитражного управляющего является основанием возбуждения уголовного дела по заявлению лиц.

До введения изменений Федеральным законом № 482-ФЗ от 29 декабря 2014 г. в Закон о банкротстве (далее – Закон о банкротстве) должник, инициируя собственное банкротство, мог в заявлении указывать конкретную кандидатуру временного управляющего, который впоследствии и составлял заключение о финансовом состоянии должника, а также заключение о наличии или отсутствии оснований оспаривания сделок должника.

Кроме того, оспаривание сделок – право арбитражного управляющего, следовательно, принудить его к этому действию невозможно. Как показывает практика, превалирующее большинство дел о преднамеренном банкротстве сопровождались сомнительными и заведомо невыгодными сделками должника.

Отметим, что 1 февраля 2015 г. вступили в силу изменения ФЗ № 482- ФЗ, которые исключили право должника указывать кандидатуру арбитражного управляющего, что закреплено в ст. 37 Закона о банкротстве. Суд самостоятельно назначает арбитражного управляющего из числа управляющих СРО, которое было назначено методом случайного выбора.

Преднамеренное банкротство 2015 г.

Законодатель введенными изменениями минимизировал возможность сговора должника и временного управляющего. Как было отмечено ранее, за период 2013 – 2014 гг. было вынесено всего 14 обвинительных приговора, рассмотрено 2971 дело (0.4% обвинительных приговоров), за период 01.01.2015- 16.10.2015 г. рассмотрено 31 дело, по 8 из которых суд принял обвинительные приговоры (24% обвинительных приговоров). Разумеется, нельзя связывать повышение уровня раскрываемости исключительно с внесенными изменениями в Закон о банкротстве, но при изучении этих приговоров становится ясно, что роль арбитражных управляющих еще на стадии наблюдения и конкурсного производства была более чем значительной: Приговор Ухтинского городского суда респ. Коми от 21 апреля 2015 г. по делу № 1-249/2015 , Приговор Судьи Ессентукского городского суда Ставропольского края от 25 июня 2015 г. по делу № 1-225/2015, Приговор Кстовского городского суда Нижегородской области от 13 мая 2015 г. по делу № 1-2/2015 г. Все эти дела были возбуждены до вступления в силу изменений в ФЗ, и признаки банкротства были выявлены арбитражными управляющими лишь на стадии конкурсного производства, притом условии, что невыгодные и сомнительные сделки были совершены с банками, которые на момент формирования реестра кредиторов уже предъявили свои требования.

Помимо заключения арбитражных управляющих, суд при вынесении обвинительного приговора ссылается на решение арбитражного суда. Следовательно, исключается возможность привлечения к ответственности лиц, если арбитражным судом прекращено дело о банкротстве или утверждено мировое соглашение.

С 1 октября 2015 г. банкротами могут быть признаны и граждане, которые так же являются субъектами ст. 196 УК РФ. Реестр требований и должников ведет финансовый управляющий, который утверждается арбитражным судом. Вознаграждение управляющего составляет 10 000 рублей и 2% от реализации имущества.

О некоторых особенностях квалификации преднамеренных банкротств (ст. 196 УК РФ) (Финогенов А.В.)

Дата размещения статьи: 22.04.2015

В соответствии со статьей 196 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее — УК РФ) под преднамеренным банкротством понимается совершение руководителем или учредителем (участником) юридического лица либо индивидуальным предпринимателем действий (бездействия), заведомо влекущих неспособность юридического лица или индивидуального предпринимателя в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если эти действия (бездействие) причинили крупный ущерб.
———————————
СЗ РФ. 1996. N 25. Ст. 2954.

Несмотря на внесенные законодателем в 2005 году в диспозицию ст. 196 УК РФ изменения , следует констатировать, что в судебной практике по-прежнему возникает много вопросов, связанных с толкованием данной правовой нормы и практическим ее применением.
———————————
Федеральный закон от 19.12.2005 N 161-ФЗ «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» // СЗ РФ. 2005. N 52 (ч. 1). Ст. 5574.

Это, в частности, вопросы, связанные с определением крупного ущерба, неспособности в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, вопросы оценки доказательств .
———————————
См., например: Кассационное определение Орловского областного суда от 26 сентября 2012 г. по делу N 22-2096/2012; Апелляционное определение Вологодского областного суда от 5 июня 2013 г. по делу N 22-910/2013; Апелляционное определение Верховного Суда Республики Дагестан от 20 августа 2013 г. по делу N 22-887; приговор Сыктывкарского городского суда Республики Коми от 13 мая 2013 г. по делу N 1-108/2013; приговор Абинского районного суда Краснодарского края от 11 марта 2013 г. по делу N 1-34/13 // ГАС «Правосудие». URL: http://www.sudrf.ru.

Особенности определения крупного ущерба.
В соответствии со статьей 196 УК РФ крупный ущерб является обязательным элементом объективной стороны преднамеренного банкротства.
Отсутствие крупного ущерба не образует состава преступления и влечет оправдание подсудимого либо прекращение уголовного дела .
———————————
См., например: приговор Саровского городского суда Нижегородской области от 26 ноября 2010 г. по делу N 1-48/10; Кассационное определение Нижегородского областного суда от 8 апреля 2011 г. по делу N 22-2098; Постановление Бирского районного суда Республики Башкортостан от 20 июня 2013 г. по делу N 1-113/13 // ГАС «Правосудие». URL: http://www.sudrf.ru.

Необходимость определения размера ущерба обусловлена также тем обстоятельством, что именно наличием крупного ущерба деяние, указанное в ст. 196 УК РФ, отличается от административного правонарушения (ч. 2 ст. 14.12 КоАП РФ).
Правильное определение размера ущерба имеет значение при решении вопроса об освобождении от уголовной ответственности на основании ч. 2 ст. 76.1 УК РФ, возможности разрешения гражданского иска.
Размер ущерба, причиненного в результате преднамеренного банкротства, влияет на характер и степень общественной опасности совершенного деяния и в силу части 3 ст. 60 УК РФ учитывается судом при определении вида и размера наказания.
Необходимо иметь в виду, что понятие и признаки крупного ущерба содержатся в примечании к статье 169 УК РФ, согласно которому крупным ущербом признаются стоимость, ущерб, доход либо задолженность в сумме, превышающей один миллион пятьсот тысяч рублей.
Изучение судебной практики показывает, что в результате действий виновного по умышленному созданию и увеличению неплатежеспособности организации (предприятия) или предпринимателя ущерб причиняется, как правило, нескольким кредиторам (государству, юридическим лицам, предпринимателям и гражданам).
В этом случае размер ущерба вследствие преднамеренного банкротства определяется судами путем суммирования размера ущерба, причиненного каждому потерпевшему.
Поэтому важное значение имеет то обстоятельство, чтобы ущерб, причиненный каждому из кредиторов, находился в прямой зависимости от действий (бездействия) виновного.
Таким образом, при определении общего (совокупного) размера ущерба обязательно нужно установить круг потерпевших, определить в денежном выражении размер ущерба, причиненного каждому потерпевшему, время причинения ущерба, а также установить, какие конкретно события и действия повлекли ущерб каждого кредитора.
Нарушение требований уголовного и уголовно-процессуального закона по исследованию и установлению всех обстоятельств, необходимых для определения ущерба, ведет к изменению объема обвинения и при определенных обстоятельствах — к необоснованному осуждению лица по статье 196 УК РФ и, как следствие, отмене либо изменению приговора суда.
Приговором Шарангского районного суда Нижегородской области от 30 декабря 2011 г. Л. осужден за совершение преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 159 УК РФ и ст. 196 УК РФ.
Отменяя приговор суда в части осуждения Л. за преднамеренное банкротство ОАО «М», судебная коллегия по уголовным делам Нижегородского областного суда указала следующее.
———————————
См.: Кассационное определение Нижегородского областного суда от 11 мая 2012 г. по делу N 22-3538/2012. URL.: http://oblsud.nnov.sudrf.ru/modules.php?name=bsr&op=print_text&srv_num=2&id=52400001206010851517501001151076&cl=1 (дата обращения: 20.09.2013).

Согласно приговору в результате совершения Л. сделок по отчуждению имущества акционерам ОАО «М» был причинен крупный ущерб. Однако судом не установлено и в приговоре не отражено, когда предъявляли эти акционеры к ОАО «М» денежные требования, в течение какого периода времени они не исполнялись. В деле не имеется и решения суда о взыскании с должника указанного ущерба в пользу его акционеров. Установление размера совокупных требований кредиторов и периода времени, в течение которого они не исполняются, необходимо для решения вопроса о наличии либо отсутствии признаков банкротства.
Из приговора суда также следует, что действиями Л. был причинен крупный материальный ущерб кредиторам ОАО «М». Однако в приговоре не отражено, из требований каких именно кредиторов и в каком размере у каждого из них складывается установленный судом ущерб. Не установив надлежащим образом круг кредиторов ОАО «М» и размер неудовлетворенных должником требований, суд тем самым не установил обязательный признак преднамеренного банкротства — крупный ущерб.
Изучение судебной практики показывает, что иногда суды включают в размер ущерба сумму задолженности, не связанную с совершенным деянием, например, общую сумму задолженности, имеющуюся у организации; задолженность, возникшую в тот период времени, когда виновный не являлся руководителем или учредителем .
———————————
См., например: Кассационное определение Новгородского областного суда от 18 сентября 2012 г. по делу N 22-1361/2012 // ГАС «Правосудие». URL: http://www.sudrf.ru.

Нередко при определении размера ущерба суды принимают во внимание общий размер требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника в процедуре банкротства.
В связи с этим обстоятельством необходимо иметь в виду, что по смыслу ст. 196 УК РФ причиненный ущерб могут образовывать лишь те действия (бездействие), в совершении которых осужденный признан виновным.
Показательным в этом смысле является следующий пример из судебной практики.
Приговором Свердловского районного суда г. Костромы от 23 ноября 2007 г. Е. был осужден по ст. 196 УК РФ.
Судебная коллегия по уголовным делам Костромского областного суда Кассационным определением от 29 января 2008 г. по делу N 22-80 изменила приговор по следующим обстоятельствам.
———————————
См.: Кассационное определение Костромского областного суда от 29 января 2008 г. по делу N 22-80 // СПС «КонсультантПлюс». URL: http://base.consultant.ru/ (дата обращения: 29.09.2013).

Суд первой инстанции, указывая в приговоре о причинении крупного ущерба в сумме 9269020 руб. 39 коп., из которой сумма 1710714,91 руб. представляет собой платежи в бюджеты разных уровней и внебюджетные фонды, не принял во внимание заключение экспертизы, согласно которой Е. произвел отчуждение имущества на сумму 7920030,13 руб. При этом сумма 9269020 руб. является общей задолженностью предприятия и установлена определением арбитражного суда.
Вывод суда о том, что получение Е. в период с 03.02.2003 по 09.07.2004 денежных средств в сумме 3320086 рублей в счет возврата займа в сумме 4300000 рублей по договору от 21.07.2003 N 1 является действием, направленным на умышленное банкротство, не мотивирован, противоречив и сделан без учета исследованных доказательств. Как видно из материалов дела, получение денег происходило в течение длительного времени. Однако суд не указал в приговоре, как это соотносится с временем регистрации предприятия ЗАО «К», признания его банкротом, наличием долгов.
При таких обстоятельствах судебная коллегия исключила из приговора суда эпизод, связанный с получением в период с 03.02.2003 по 09.07.2004 денежных средств в сумме 3320086 рублей, а также эпизод от 15 января 2004 г. о передаче имущества в счет займа на сумму 485636,70 рублей.
Важный вопрос, который должен быть решен судом в ходе судебного разбирательства, это вопрос о наличии надлежащих доказательств, подтверждающих факт причинения ущерба и его размер.
В соответствии с частью 1 статьи 74 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее — УПК РФ) доказательствами по уголовному делу могут являться любые сведения, на основе которых суд в порядке, определенном уголовно-процессуальным законом, может установить наличие крупного ущерба.
———————————
СЗ РФ. 2001. N 52 (ч. 1). Ст. 4921.

Нужно знать, что при установлении факта ущерба и определении его размера могут использоваться любые доказательства, которые получены с соблюдением требований УПК РФ (ч. 1 ст. 75 УПК РФ). Доказательства, полученные с нарушением требований уголовно-процессуального закона, не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу приговора. Такие доказательства являются недопустимыми.
Другим обязательным условием правильного определения размера ущерба является соблюдение судом правил оценки доказательств, содержащихся в части 1 ст. 88 УПК РФ, согласно которой каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности — достаточности для разрешения уголовного дела.
Анализ судебной практики показывает, что при исследовании обстоятельств, связанных с причинением в результате преднамеренного банкротства крупного ущерба, имеют место случаи нарушения судами правил оценки доказательств.
Так, по уголовному делу по обвинению Р. в преднамеренном банкротстве ООО «М» суд первой инстанции при определении размера ущерба в результате продажи 37 объектов недвижимого имущества в качестве доказательств, подтверждающих стоимость этих объектов, руководствовался заключениями оценочных экспертиз N 861 (1) и N 861 (2).
———————————
См.: Кассационное определение Вологодского областного суда от 6 июля 2012 г. по делу N 22838/2012. URL: http://pravo.ru/store/doc/doc/Opredelenie_6_june_2012.pdf (дата обращения: 21.09.2013).

Кассационный суд не согласился с позицией суда первой инстанции о допустимости указанных экспертных заключений в качестве доказательств стоимости спорных объектов недвижимого имущества и исключил их из числа доказательств по следующим основаниям.
Как следует из материалов дела, оценочные экспертизы N 861 (1) и N 861 (2) были проведены организацией ООО «В». Отчет оценщиков подписан экспертами-оценщиками М. и Г. Из показаний М. и Г. следует, что М. не являлся штатным экспертом ООО «В», а эксперт Г. в период производства экспертизы в данном экспертном учреждении не работала, факт ее участия при проведении экспертизы и подписи от ее имени сфальсифицированы. В материалах дела отсутствуют доказательства того, что М. имел лицензию на производство оценочных экспертиз, являлся индивидуальным предпринимателем и в соответствии с Федеральным законом от 29 июля 1998 года N 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» вправе был проводить оценку.
Кассационным судом признано недопустимым доказательством также заключение комиссионной судебно-экономической экспертизы N 10132, поскольку у эксперта Л. не было допуска для производства экспертизы. Из свидетельства N 012479 на право самостоятельного производства судебных экспертиз следует, что право производства финансово-кредитных экспертиз предоставлено Л. лишь с 13 ноября 2010 г.
При таких обстоятельствах кассационный суд при определении стоимости 37 объектов недвижимого имущества принял во внимание стоимость этих объектов, установленную приговором суда по другому уголовному делу по тем же обстоятельствам, и уменьшил размер ущерба.
По другому уголовному делу при определении рыночной стоимости дизель-электрического несамоходного плавучего крана, реализованного З., суд первой инстанции руководствовался данными о стоимости крана, содержащимися в отчете независимого оценщика.
———————————
См.: приговор Юсьвинского районного суда Пермского края от 3 апреля 2013 г. по делу N 1-27/2013 г., Апелляционное определение Пермского краевого суда от 5 июня 2013 г. по делу N 22-3737/2013 // ГАС «Правосудие». URL: http://www.sudrf.ru.

Суд апелляционной инстанции изменил приговор суда и уменьшил размер ущерба, причиненного действиями З. При этом апелляционный суд, руководствуясь статьей 90 УПК РФ, принял во внимание рыночную стоимость дизель-электрического несамоходного плавучего крана, установленную определением арбитражного суда по делу о банкротстве ООО «Л».
В силу ст. 196 УК РФ обязательным признаком преднамеренного банкротства является неспособность юридического лица или индивидуального предпринимателя в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей.
В связи с этим обстоятельством возникает вопрос, какие обстоятельства могут свидетельствовать о наличии признака неспособности?
Изучение судебной практики показывает, что в большинстве случаев при определении данного признака преднамеренного банкротства в качестве доказательства суды принимают во внимание факт наступившей неплатежеспособности организации или предпринимателя, подтвержденный решением арбитражного суда о признании должника банкротом.
Означает ли это, что принятие арбитражным судом решения о признании должника несостоятельным (банкротом) является обязательным условием привлечения к уголовной ответственности по ст. 196 УК РФ? Во всех ли случаях такое решение может являться надлежащим доказательством неспособности юридического лица или индивидуального предпринимателя в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей?
Автор статьи считает, что для привлечения к уголовной ответственности за преднамеренное банкротство такого судебного решения не требуется, поскольку в диспозиции статьи 196 УК РФ отсутствует указание на возникновение у юридического лица или индивидуального предпринимателя признаков несостоятельности (банкротства) в качестве последствий совершенного деяния. Отсутствует также указание на необходимость установления признаков банкротства либо неплатежеспособности в установленном действующим законодательством порядке, например, при условии возбуждения арбитражным судом дела о несостоятельности (банкротстве) или принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом.
Анализ судебной практики показывает, что решение арбитражного суда о признании должника банкротом не является обязательным условием наступления уголовной ответственности и оценивается судами в качестве одного из доказательств в совокупности с другими доказательствами по правилам ст. ст. 17, 87, 88 УПК РФ.
Так, например, при рассмотрении Аликовским районным судом Чувашской Республики уголовного дела по обвинению П. в преднамеренном банкротстве КФХ «К» признак неспособности КФХ «К» в полном объеме удовлетворить требования его кредитора был установлен судом исходя из того, что осуществление П. сделок по отчуждению имущества КФХ «К» на сумму 3566372 рубля исключило возможность обращения взыскания на долю П. и долю его супруги в общем имуществе хозяйства. При этом судебными приставами принимались меры по обращению взыскания на имущество предприятия, что подтверждается исполнительным производством, возбужденным на основании решения районного суда о взыскании с П. задолженности по кредиту в пользу Сбербанка.
———————————
См.: Кассационное определение Верховного Суда Чувашской Республики от 11 сентября 2012 г. по делу N 22-2949. URL: http://vs.chv.sudrf.ru/modules.php?name=bsr&op=show_text&srv_num=1&id=21400001209250943176091001656401 (дата обращения: 01.05.2013).

По другому делу, отклоняя доводы надзорной жалобы осужденной Ш. о том, что решением арбитражного суда о признании банка «И» несостоятельным (банкротом) не установлено признаков фиктивного и преднамеренного банкротства банка, суд надзорной инстанции исходил из того обстоятельства, что для привлечения к уголовной ответственности по ст. 196 УК РФ не требуется решение арбитражного суда о признании должника банкротом. Определение признаков преднамеренного банкротства производится с помощью соответствующей экспертизы или иной проверки. Неспособность юридического лица в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей может быть установлена помимо решения арбитражного суда о банкротстве.
———————————
См.: Постановление Московского городского суда от 19 октября 2010 г. N 4у/6-7416/10. URL: http://mosgorsud.ru/modules.php?name=bsr&op=show_text&srv_num=1&id=9914733013208735b86ebaf586605fea (дата обращения: 01.11.2013).

Необходимо иметь в виду, что неплатежеспособность юридического лица и индивидуального предпринимателя и признание их арбитражным судом несостоятельными (банкротами) могут быть обусловлены обстоятельствами, не находящимися в прямой зависимости от действий (бездействия) подсудимого, и не охватываемыми их умыслом.
Появлению признаков неплатежеспособности могут способствовать объективные причины, такие как: убыточность финансово-хозяйственной деятельности; низкая рентабельность производства; изношенность оборудования; рост кредиторской задолженности; неэффективная производственная деятельность; низкая платежная дисциплина контрагентов; резкое повышение рыночных цен на сырье и материалы, а также другие факторы.
Приведем конкретный пример.
Приговором Куюргазинского районного суда Республики Башкортостан , оставленным без изменения Кассационным определением Верховного Суда Республики Башкортостан от 26.04.2012, Л. оправдан по обвинению в совершении преднамеренного банкротства СПК «К» в связи с отчуждением имущества кооператива по договору купли-продажи от 18.06.2007 N 1.
———————————
См.: Приговор Куюргазинского районного суда Республики Башкортостан от 21 февраля 2012 г. по делу N 1-1/2012. URL: http://kuiurgazinsky.bkr.sudrf.ru/modules.php?name=sud_delo&srv_num=1&name_op=doc&number=87976503&delo_id=1540006&text_number=1 (дата обращения: 15.09.2013).

Проанализировав финансово-экономическое положение СПК «К», суд установил, что уже по состоянию на 01.01.2007, то есть за восемь месяцев до назначения Л. руководителем, хозяйство не имело в распоряжении свободных денежных средств, краткосрочных финансовых вложений и дебиторской задолженности, было финансово неустойчивым. Из показаний свидетелей К.В. и К.Т. следует, что задолженность кооператива по налогам копилась с 90-х годов. Также накопилась задолженность по зарплате, имелась задолженность по кредиту; долги передавались из года в год, тянулось все с 2005 года. Согласно показаниям конкурсного управляющего СПК «К» Р., долги кооператива по налогам, взносам, пеням и штрафам идут с 2004 года. Указанное обстоятельство подтверждается годовыми балансами, а также документами о наличии задолженности в бюджет с 2005 года. По результатам проведения финансово-аналитической экспертизы от 18.11.2007 дать ответ на вопрос, каким образом на финансовое состояние СПК «К» повлияли операции по отчуждению активов, осуществленные в рамках договора купли-продажи от 18 июня 2007 года N 1, не представилось возможным. Свидетели: А.Г., С., Г., М., Б., Р., Я., О., В. — показали, что с приходом Л. на должность руководителя СПК «К» положение в кооперативе улучшилось: работникам начали выплачивать зарплату, закупалась техника, работала столовая, пекарня, магазин.
При таких обстоятельствах суд пришел к выводу об отсутствии в действиях Л. состава преступления, предусмотренного ст. 196 УК РФ.

К ВОПРОСУ О СООТНОШЕНИИ СОСТАВОВ ПРЕСТУПЛЕНИЙ, ПРЕДУСМОТРЕННЫХ
ст.ст. 195—197 УГОЛОВНОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Защита прав кредиторов юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при наличии признаков несостоятельности (банкротства) имеет первостепенное значение. Одним из механизмов защиты прав кредиторов выступают уголовно-правовые нормы, устанавливающие ответственность за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное и фиктивное банкротство. Вместе с тем многие вопросы, связанные с применением данных норм Уголовного кодекса Российской Федерации, так и не нашли своего однозначного разрешения ни в науке, ни на практике.

Одним из сложных является вопрос о разграничении составов преступлений, предусмотренных ст.ст. 196, 197 УК РФ.

В юридической литературе не раз обращалось внимание на идентичность способов совершения преступлений, предусмотренных данными статьями Уголовного кодекса Российской Федерации(1).

Актуальность проблемы можно показать на примере следующей практической ситуации.

И., являясь генеральным директором ООО , зная, что предприятие имеет долг по уплате обязательных платежей в бюджеты разных уровней, совершает отчуждение от имени ООО недвижимого имущества в пользу П. за 200 тыс. р. Согласно выводам товароведческой экспертизы стоимость проданного имущества составляла 9 млн р., которые могли бы погасить часть задолженности по уплате обязательных платежей. Далее И. получил от П. доверенность на управление проданным имуществом.

После совершенных действий И. лично подал в арбитражный суд заявление о признании ООО банкротом. Позднее суд прекратил производство по делу в связи с погашением предприятием всей суммы задолженности.

Согласно проведенной экспертизе были установлены признаки преднамеренного банкротства, однако был сделан вывод о том, что вероятность банкротства предприятия невелика.

Учитывая, что действия И. одновременно подпадают и под признаки преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 195 УК РФ, и под признаки преступления, предусмотренного ст. 196 УК РФ, встает вопрос о правильной квалификации его действий.

На наш взгляд, разграничение данных составов необходимо проводить, исходя из цели сокрытия имущества.

Так, неправомерные действия при банкротстве заключаются в уменьшении конкурсной массы должника в целях сокрытия ее от взыскания при сохранении возможности использовать имущество для себя. При этом виновным не ставится цель — доведение организации до несостоятельности (банкротства).

При преднамеренном банкротстве действия виновного, напротив, направлены на создание признаков несостоятельности (банкротства), с этой целью он избавляется от имущества без сохранения

возможности дальнейшего его использования для себя.

Кроме того, необходимо принимать во внимание и обстановку совершения преступления. Так, если имущество отчуждалось при наличии признаков банкротства, то такие действия необходимо квалифицировать по ст. 195 УК РФ, если те же действия совершались в обстановке платежеспособности должника и повлекли за собой возникновение признаков банкротства, то требуется квалификация по ст. 196 УК РФ.

В соответствии с п. 2 ст. 2, п. 2 ст. 3 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26 октября 2002 г. № 127-ФЗ юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с момента наступления даты их исполнения.

Признаки банкротства признаются установленными с момента, когда юридическим лицом денежные обязательства и (или) обязанность по уплате обязательных платежей не исполнены по истечении трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены. При этом сумма обязательств юридического лица может и не превышать стоимость принадлежащего ему имущества.

Для разрешения вышеуказанной ситуации, на наш взгляд, следует исходить из того, истек ли на момент совершения И. неправомерных действий, направленных на отчуждение имущества, трехмесячный срок исполнения обязательств по выплате обязательных платежей.

Если таковой срок истек, то признаки банкротства считаются установленными и И. совершает неправомерные действия уже при наличии признаков банкротства. При этом у И. отсутствует цель довести предприятие до его полной ликвидации путем банкротства. На это указывают следующие данные:

совершение действий, направленных на сохранение контроля над имуществом;

самостоятельное в соответствии с Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» обращение в арбитражный суд с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) и полное погашение задолженности при открытии конкурсного производства.

Кроме того, согласно заключению эксперта анализ признаков несостоятельности (банкротства) показал, что вероятность банкротства предприятия невелика.

Таким образом, есть все основания для квалификации действий И. по ч. 1 ст. 195 УК РФ.

Если трехмесячный срок исполнения обязательств по выплате обязательных платежей не истек, то признаки банкротства не считаются установленными. При этом квалифицировать действия И. по ст. 196 УК РФ возможно только при доказанности прямого умысла на совершение действий, заведомо влекущих неспособность юридического лица в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей.

Сложности возникают и при разграничении фиктивного банкротства с неправомерными действиями при банкротстве, а также преднамеренным банкротством.

Характерная ситуация, при которой субъект совершает фиктивное банкротство, — наличие у него реальной возможности удовлетворить требования кредиторов без какой-либо отсрочки во времени. Однако субъект искусственно создает необходимые для обращения в суд условия, чтобы «законно» уклониться от надлежащего исполнения своих обязанностей путем получения отсрочки или рассрочки уплаты

причитающихся кредиторам платежей или скидки с долгов, а равно неуплаты долгов.

Способы создания необходимых условий для обращения в суд могут совпадать со способами неправомерных действий при банкротстве. В частности, таким способом может быть сокрытие имущества либо достоверных сведений о нем от кредиторов(1).

Однако при банкротстве субъект, осознавая факт признания юридического лица несостоятельным (банкротом) в силу сложившихся объективных причин, совершает действия, описанные в диспозиции статьи, с целью сохранить имущество, но вывести его из конкурсной массы.

При фиктивном банкротстве юридическое лицо ведет нормальную экономическую деятельность, сохраняет платежеспособность, но создается видимость неблагоприятного экономического состояния с целью получения возможных «привилегий», предоставляемых Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)».

Своей целью фиктивное банкротство отличается и от преднамеренного, при котором должник, напротив, стремится к прекращению деятельности предприятия.

Разграничение составов преступлений, предусмотренных ст.ст. 195—197 УК РФ, необходимо проводить, прежде всего, с учетом цели преступных деяний и, соответственно, направленности умысла субъектов,применяющих идентичные способы совершения преступлений.

Представляется недопустимым вменение виновному лицу одновременно и ст. 195 и ст. 196 УК РФ, что, однако, имеет место на практике.

Так, М., зная о принятом арбитражным судом решении о введении на АОЗТ процедуры наблюдения, вопреки интересам АОЗТ, не известив временного управляющего, передал ООО по договору купли-продажи имущество — 9 наименований деревообрабатывающих станков на общую сумму 253 тыс. р., тем самым причинив крупный ущерб предприятию.

М. органами предварительного следствия вменялись ст. 196, ч. 1 ст. 195 и ст. 201 УК РФ.

Приговором Савинского районного суда Пермской области от 11 июля 2002 г. М. был осужден по ч. 1 ст. 195 УК РФ. То, что М. вменены за одни и те же действия три разных состава преступления, по мнению суда, является необоснованным и незаконным(2). Мнение суда следует признать верным, поскольку М. совершил одно преступление — неправомерные действия при банкротстве.

Приговором Арзамасского городского суда Нижегородской области от 2 декабря 2002 г. Г. осужден по ч. 2 ст. 195 УК РФ. Г. признан виновным в том, что, являясь генеральным директором ОАО и достоверно зная о несостоятельности предприятия, с целью сохранения контроля над предприятием совершил действия, направленные на преимущественное удовлетворение требований одних кредиторов в ущерб остальным кредиторам. Из обвинения Г. в соответствии с предложением государственного обвинителя исключены ч. 1 ст. 195, ст. 196, ч. 1 ст. 201 УК РФ, так как его действия полностью охватываются диспозицией ч. 2 ст. 195 УК РФ(3).

Таким образом, одни и те же действия лица не могут быть квалифицированы по совокупности преступлений, предусмотренных ст.ст. 195, 196 УК РФ.